Меню
14+

Официальный сайт Думы и администрации города-курорта Железноводска Ставропольского края

04.09.2019 10:08 Среда
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

Гааз Фёдор Петрович - врач-филантроп, католический общественный деятель

Настоящее имя Фридрих Йозеф. Родился в семье аптекаря, окончил медицинский факультет Гёттингенского университета, в 1805-1806 годах специализировался по глазным болезням. После успешного лечения княгини В.А. Репниной-Волконской (1770-1864 годы), домашним врачом которой он стал, Гааз отправился в Россию и поселился в Москве (с 1806 года).

Занимался частной практикой, а также работал в бесплатных больницах и богоугодных заведениях для неимущих.

В 1807 году был взят на государственную службу и назначен главным врачом Павловской больницы, однако продолжал посещать больных в различных московских богоугодных заведениях.

В 1809-1810 годах совершил 2 поездки на Кавказ, где занимался изучением целебных вод минеральных источников, в 1811 году издал книгу по результатам исследований, сделал предложения по устройству медицинских учреждений на курортах.

Открытие источника № 1 Железноводска

Свой отпуск 1809 года он провел на Кавказе, что произвело на него неизгладимое впечатление, но больше всего поразили минеральные источники. Он пытался выяснить местонахождение источников, но разрозненность сведений не позволила сделать это.

Вторая поездка была ему разрешена лишь в виде исключения и с тем, что, как сказано в приказе по больнице 31 мая 1810 г., он «сей просьбы впредь повторять не будет».

Собираясь сюда во второй раз, он изучает труды, побывавших в здешних местах, ученых: «Я знал о существовании Терских минеральных вод из описания Гюльденштедта.»... «Только Паллас дал нам некоторое представление о минеральных водах Кабарды. Но, похоже, с тех пор (а минуло 17 лет) их стали использовать еще меньше, тогда как Гюльденштедт сам был свидетелем лечения и исцелений, свершившихся на Терских водах».

«Со свойственным мне пылом я влюбился в этот край, который, несмотря на свой дикий, пустынный и грозный вид, как-то по-особенному привлекал и очаровывал всякого путешественника».

В свой следующий приезд (в 1810 году), Гааз знакомится с кабардинским князем, полковником русской армии Измаил-беем Атажукиным (1750—1812) (о нем, думаю, тоже можно будет впоследствии остановиться поподробнее), который впоследствии стал прототипом героя поэмы М. Ю. Лермонтова «Измаил-бей». «Когда я второй раз приехал в Константиногорск, то был приятно удивлен, узнав от черкесского князя Измаил-Бея о том, что позади Бештау действительно существует горячий источник, в котором он купался, и куда он милостиво согласился меня проводить. Я, как и все те, кто будет пользоваться этими водами, в неоплатном долгу перед князем за любезность и доброжелательность, с которой он вызвал нужных проводников и организовал экспедицию к ключам, коея и состоялась на следующий день 26 июля...» — пишет Гааз.

И вот он настал тот самый знаменитый день, когда открыт был первый Железноводский источник! Из Константиногорского укрепления выехали около 3 часов дня. Проводник был из Аджи-аула (Аджи-аул, другое название (Хаджи-Хабля) был расположен у Козьих скал горы Бештау, справа протекает река Гремучка. Слева от дороги, ведущей к горе Бештау от пос. Иноземцево, по некоторым данным, просматриваются остатки кладбища). «Мы прошли совсем рядом с маленькой горкой, которая но-черкесски называется Чишеупса, что означает «глыба брошенной земли», и оставили ее слева. Затем полторы версты шли по полю. Идя по дороге, огибающей Чишеупсу справа, мы сделали небольшой крюк и тропинкой, узкой и извилистой, по которой едва могли проехать дрожки, достигли задней стороны Бештау».

Похоронив отца, окончательно вернулся в Россию (1813 год). В 20-х годах имел обширную врачебную практику, в совершенстве овладел русским языком, взял русское имя. В 1825 году по предложению генерал-губернатора Москвы князя Д.В. Голицына Гааз возглавил медицинское ведомство города. Боролся со злоупотреблениями чиновников, чем вызвал их недовольство.

Впервые в России Гаазом были разработаны основные положения о работе городской неотложной медицинской помощи: в 1826 году он ходатайствовал об учреждении в Москве особого врача для наблюдения внезапно заболевших и организации особого попечения о нуждающихся в немедленной помощи. Московские власти отрицательно отнеслись к этой просьбе, сочтя ее «излишней» и «бесполезной». Гааз был вынужден подать в отставку.

В 1829 году Гааз стал членом попечительного комитета о тюрьмах и главным врачом московских тюрем. Выступал за отмену пересылки арестованных «на пруте», введенной в 1825 году для предупреждения побегов (группы осужденных по 8-10 человек прикреплялись наручниками к одному пруту, который не снимался даже по ночам) и за облегчение кандалов (Гааз добился того, что своей властью мог заменять прут на кандалы).

Он также разработал новые кандалы меньшего веса с кожаными подкандальниками, препятствовавшими образованию язв и отморожению конечностей (с 1836 года «гаазовские» кандалы были введены повсеместно). В 1830 году Гааз был назначен членом Временного медицинского совета для борьбы с эпидемией холеры в Москве. В 1833 году на средства Гааза был частично перестроен Московский тюремный замок (ныне Бутырская тюрьма); там было введено регулярное питание. Гааз постоянно ходатайствовал о пересмотре дел осужденных и изменениях в законодательстве, часто спорил по этому поводу со святейшим Филаретом (Дроздовым), митрополитом Московским.

Гааз уделял особое внимание судьбам детей арестованных, боролся против разлучения их с родителями. На собранные им средства в пересыльной тюрьме на Воробьёвых горах была учреждена больница для арестантов (1832 год) и при ней открыта школа для арестантских детей (1836 год). Гааз осуществлял разработанную им программу духовного просвещения заключенных, снабжал их за свой счет печатными изданиями Библии, духовно-нравственной литературой, в том числе составленной и изданной им самим брошюрой «А. Б. В. христианского благонравия» (1841 год).

Арестанты с уважением относились к Гаазу, называли его «святым доктором». В Нерчинском остроге в память о нем ссыльными была установлена икона великомученика Феодора Тирона. О Гаазе с уважением и теплотой писалиФ.М. Достоевский, А.П. Чехов, М.Горький.

В 1840 году Гааз был назначен главным врачом Екатерининской больницы. Его стараниями в Москве была организована Полицейская больница для бедных и беспризорных, где впервые был введен женский медицинский персонал (1845 год). При больнице находилась маленькая квартирка из 2 комнат, где поселился Гааз. Когда в больнице не хватало места для новых больных, Гааз размещал их в своей квартире, ухаживал за ними. В этой больнице княгиней Н. Б. Шаховской была организована Московская община сестер милосердия «Утоли моя печали» (1853 год).

Гааз умер в нищете. Организованные за казенный счет похороны Гааза на Введенском кладбище превратились в общественное событие. В Москве находятся 2 памятника Гаазу: на Введенском кладбище и во дворе бывшей Полицейской больницы (современный адрес — М. Казённый переулок, дом 5).

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

1358